Лукашенко согласен уступить власть. Когда рак на горе свистнет

Ведущий российского пропагандистского телеканала RT Рик Санчес спросил Лукашенко, представляет ли тот картину, когда они вдвоем на пенсии ловят рыбу, а во главе Беларуси стоит новый лидер.

Правитель ответил так: «Если уж я такой диктатор, что буду удерживать долго власть, но я все равно уйду в мир иной и здесь будет иной лидер. Это крайний вариант. Но так не будет. Решение — за белорусским народом. Вот как он решит, так и будет».

Все, занавес, расходимся.

Что может сказать народ, когда ему заткнули рот?

Иными словами, Лукашенко употребил рефрен, который использовал уже бессчетное число раз. Например, в апреле 2024 года на Всебелорусском народном собрании прозвучало: «Я уйду на покой только тогда, когда вы мне в какой-то форме скажете: все. И когда рядом будет стоять человек, который не предаст, который будет идти на баррикады, не боясь».

Но при этом автократ раз за разом заявляет, что пока достойного преемника не видит. Что же касается народа, то в 2020-м рабочие Минского завода колесных тягачей в лицо кричали надоевшему правителю «уходи!» Его отставки требовали тогда сотни тысяч манифестантов, возмущенных фальсификацией итогов выборов.

Однако протест был жестоко подавлен. А карманный ЦИК раз за разом выводит вождю, правящему страной с 1994 года, комфортные для его самолюбия цифры якобы сокрушительных электоральных побед.

Например, в 2025-м на «безвыборах» (так назвала их выдавленная за рубеж оппозиция) Лукашенко по официальной версии получил аж 86,82% голосов.

Причем протестов уже не было. Не потому, что весь народ полюбил диктатора, а по причине жестоких репрессий, вынуждающих держать рот на замке.

Социология разоблачает

В беседе, прошедшей в Минске 17 апреля, Санчес, как сообщила пресс-служба Лукашенко, «рассказал о высоком уровне поддержки президента Беларуси со стороны населения. С его слов, данные опросов, проведенных белорусскими социологами, показывают поддержку 78% населения страны. Схожую цифру — около 70% — дают и западные социсследования».

О каких именно исследованиях идет речь, непонятно. Тем более «западных». Независимая социология в Беларуси преследуется. Практики, когда публике регулярно сообщают о результатах замеров рейтинга главы государства, здесь (в отличие даже от России) нет.

Как правило, провластные социологи (или псевдосоциологи) активизируются перед выборами, когда стоит задача предъявить обществу якобы колоссальную популярность инкумбента.

В частности, в такие периоды вдруг всплывает, как «Наутилус» из пучины, «аналитический центр EcooM», который среди независимых экспертов имеет репутацию ангажированной структуры.

Например, в июле 2020 года EcooM сообщил, что Лукашенко готовы поддержать на выборах 72,3% беларусов, а Тихановскую — 7,5%. Но ранее в СМИ просочилась цифра из исследования, проведенного в апреле того же года Институтом социологии НАНБ: уровень доверия к Лукашенко в Минске — 24%. Оцените контраст.

Придирчивый эксперт здесь скажет: уровень доверия и электоральный рейтинг — не совсем одно и то же, к тому же столица всегда была более оппозиционной.

Тогда примем во внимание еще одно свидетельство. В прошлом году бывший политзаключенный Юрий Зенкович рассказал, что в 23-м томе его уголовного дела содержались данные исследования того же Института социологии, проведенного в мае — июне 2020 года.

Так вот там были такие цифры рейтингов: Лукашенко — 15,4%, Виктор Бабарико — 15,0%, Светлана Тихановская (еще не известная широкой публике) — 5,4%.

А ведь домохозяйка, похоже, обставила автократа в 2020-м

Неудивительно, что тогда же, в июне, Бабарико как самый опасный конкурент был посажен за решетку.

А вот с Тихановской власти просчитались. Видимо, решили, что домашняя хозяйка будет выглядеть в избирательной кампании совсем беспомощно, так что пусть-де позорится, чтобы на ее фоне победа вождя выглядела особенно эффектно.

Однако кампания политической неофитки прошла триумфально. Заряд протестного голосования — кто угодно, лишь бы не «он» — оказался колоссальным.

Это подтвердили подсчеты на созданной оппонентами власти платформе «Голос», куда граждане присылали фотографии протоколов избиркомов и своих заполненных бюллетеней для голосования. На основе этих данных был сделан вывод, что Тихановская набрала 3 млн голосов (56%), Лукашенко — 1,8 млн (34%).

Здесь тоже могут возразить: ведь эти выкладки делали оппоненты власти, то есть тоже люди ангажированные. Но возьмем исследования профессионалов.

По данным онлайн-опроса, который провел в декабре 2020 года среди беларусов-горожан немецкий исследовательский институт ZoiS, 52,5% заявили, что голосовали за Тихановскую, 17,6% — за Лукашенко.

Подобное исследование, проведенное в сентябре того же года Chatham House, дало такие результаты: Тихановская — 52,2%, Лукашенко — 20,6%. При этом 13,7% отказалось отвечать — как правило, это те, кто опасается признаться, что отдал голос оппозиционному кандидату.

Таким образом, есть основания полагать, что на тех выборах оппонентка правителя набрала намного больше голосов и, вероятно, победила бы уже в первом туре, будь ЦИК беспристрастным счетчиком, а не сервильной конторой.

С высокомерием — о «временщиках»

Между тем беларуский автократ, которому льстил Санчес, высокомерно рассуждает в той же беседе: «Дай бог, чтобы у какого-то западного политика было не 78%, не 80% (подразумевается: как него, Лукашенко. — А.К.), но хотя бы 60%».

Да чего уж тут скромничать: только вели ЦИКу и придворным псевдосоциологам — они и 120% поддержки нарисуют.

Развивая свою мысль о преимуществах долгого правления, Лукашенко заметил: «И [Эмманюэль] Макрон — президент Франции, и [канцлер ФРГ Фридрих] Мерц, и так далее — они временщики, понимаете? Они временщики. Пришли, схватили и ушли».

Даже Дональда Трампа беларуский правитель отнес к этой категории: «Ну кто он такой? Он временщик. У него четыре года. Что он за четыре года сделает? Ничего, ничего не сделает. Поэтому у президента должно быть время».

Да, и Макрон, и Трамп в урочный час уйдут «ловить рыбу», хотят они того или нет. Потому что в их государствах работает система сдержек и противовесов, есть лимит сроков правления.

Лукашенко же эту систему сломал, подмял под себя все ветви власти. Правда, в Конституцию 2022 года снова введено ограничение в два президентских срока — но долго ли ее в очередной раз перекроить при нужде?

Свою золотую рыбку правитель поймал еще 1994-м

Прокомментировал Лукашенко и сокрушительное поражение Виктора Орбана в Венгрии: «Значит, оппозиция в лице [Петера] Мадьяра предложила внятную и привлекательную позицию. Наверное, они (партия Орбана «Фидес». — А.К.) много говорили, но не все делали внутри страны. Оппозиция это подхватила».

Чтобы перечислить, что говорил, но не делал оратор, четвертый десяток правящий Беларусью, нужно писать отдельную серию статей.

Однако несомненное «достижение» Лукашенко в том, что оппозицию в Беларуси он уничтожил как класс. Чего не смог сделать в своей стране даже Орбан с его авторитарными замашками. Вот она, сила демократических институтов в «гнилом» Евросоюзе.

А на выжженом политическом поле и впрямь можно позволить себе роскошь не быть «временщиком».

Так что зря господин Санчес любопытствовал насчет перспектив совместной рыбной ловли. Свою золотую рыбку правитель Беларуси поймал в далеком 1994-м. И уступит власть разве что, когда рак на горе свистнет.