Мнения

Анна Скриган

Анна
Скриган

В Беларуси чиновникам проще не делать, чем делать. Иначе можешь получить по шапке. И еще: они не избираются, а назначаются. Их премии никак не зависят от того, как они взаимодействуют с людьми. Если мы хотим вековые деревья во дворах, то начинать надо с главного: чиновники должны нести ответственность за свои решения. А все их действия должны быть подотчетны и прозрачны для местных жителей.

Аляксандр Класкоўскі

Аляксандр
Класкоўскі

Людзі для Лукашэнкі – палітычны тавар… Але на тое, што дыялог працягваецца, указвае ў прыватнасці нядаўняя рэпліка Коўла – на пытанне, калі ён прыедзе ў Мінск, ён адказаў: «Хутка». Тэрміны зрушыліся, бо візіт павінен быў быць у траўні, але, мяркуючы па ўсім, дыялог ідзе. Я думаю, што для Коўла справа гонару – выканаць гэту місію. У яго ёсць стымул. Стымул ёсць і ў Лукашэнкі – скарыстаць вакно магчымасцяў.

Ірына Шчасная

Ірына
Шчасная

Сёння толькі чалавек, які цалкам не цікавіцца падзеямі вакол, не ведае, што Бранская вобласць ужо даўно з'яўляецца прыгранічным рэгіёнам, які рэгулярна падвяргаецца атакам дронаў, абстрэлам і іншым наступствам расейскай агрэсіі супраць Украіны. Паведамленні з'яўляюцца пастаянна. Таму ўзнікае лагічнае пытанне: хто і на падставе чаго прыняў рашэнне адпраўляць туды дзяцей, і ці будзе нехта за гэта адказваць?

Станислав Соловей

Станислав
Соловей

Нехватка медсестер – общемировая тенденция: население стареет и больше людей будет нуждаться в медпомощи. Кроме того, она усложняется: появляются новые врачебные специальности и направления, и в связи с этим увеличивается нагрузка на медсестер. Как же решает эту проблему власть в Беларуси? Как всегда, методом «кнута» – «пряник» уже давно «зачерствел» и выброшен за ненадобностью.

Маргарита Ворихова

Маргарита
Ворихова

Тенденция касается беларуских парней, которых набирают в университеты РФ. Мы знаем, что некоторых после поступления вербуют в российскую армию и отправляют воевать с Украиной. В основном отбирают тех, кто находится в тяжелой финансовой или психологической ситуации. Эти контракты не дают возможности покинуть армию – они бессрочные. Нужно быть аккуратными и не поддаваться на зазывы.

Аляксандр Фядута

Аляксандр
Фядута

Я гляджу на цяжкое шэрае неба за акном. Толькі што скончыўся дождж, і свежасць яшчэ не паспела растаць. Успамінаю, як разам з Мікалаем Аўтуховічам гулялі ў бетонным дворыку Амерыканкі. Як ён упарта рабіў практыкаванні, імкнучыся падтрымліваць сябе ў форме, – а яму ўжо было крыху за 60 гадоў. Узрост? Няма ўзросту. Ёсць сіла волі, сіла духу сапраўднага мужчыны, які не здаецца, трымае ўдар.

Ольга Лойко

Ольга
Лойко

Я жесткий сторонник того, что работать надо не 8 часов, а головой. Если Лугина очень хочет, если у нее проблемы с автоматизацией, если нет личной жизни и других обязательств – можно работать и по 12 часов. Спать по 8. Примерно 2 часа тратить на дорогу. У нас что-то осталось? Вообще – почему мы равняемся на Бангладеш? Ей серьезно кажется, что чем больше ты работаешь, тем лучше твоя страна живет?

Алесь Кіркевіч

Алесь
Кіркевіч

Калі ж глядзець з гістарычнай рэтраспектывы – нічога надзвычайнага не адбылося: Масковія дзейнічае звыклымі для яе метадамі. Узгадайце лёс Полацкай Сафіі: расіяне яе ўзарвалі падчас Паўночнай вайны. Узгадайце лёс храмаў Магілёва падчас той самай вайны. 8 верасня 1708 года праваслаўная сталіца Усходняй Беларусі пераўтварылася ў попел. За 300 год нічога не змянілася. Толькі тэхніка і імёны выканаўцаў.

Сяргей Навумчык

Сяргей
Навумчык

Цяпер забаранілі (абвясьцілі «экстрэмісцкім») фільм «Дарога пра Курапаты», зьняты ў 1990 годзе. У 1992 фільм атрымаў Дзяржаўную прэмію. Там пра Лукашэнку няма ні слова. Але там пра расстрэлы, пра НКВД. І паказваюць чарапы ахвяраў. Але мы, канешне ж, ня будзем казаць, што гэтая забарона – частка палітыкі этнацыду беларусаў, фрагмэнт сыстэмнай стратэгіі зьнішчэньня нацыянальнай ідэнтычнасьці.

Алеся Матусевіч

Алеся
Матусевіч

ЦЭ як форма абавязковай выніковай атэстацыі выпускнікоў школ існуе ў Беларусі толькі з 2023 года. Але нават за гэтыя некалькі год лічбы сведчаць, што сітуацыя пагаршаецца: рускую мову для іспытаў выбіраюць часцей, і вучаць/здаюць яе лепш, чым беларускую. Але ж чыноўнікі, не сумняемся, працягнуць запэўніваць у роўнасці абедзвюх дзяржаўных моў у Беларусі. Як тут не згадаць Оруэла з фермай.

Сергей Чалый

Сергей
Чалый

Это старая тема: вы не за все заплатили, заплатил я. Взял деньги из республиканского бюджета. А они там откуда взялись? Мол, мы у вас эти деньги соберем, а потом я их вам же подарю. Но здесь появляется новый мотив: мол, Лукашенко не знает, что будет через 10-20 лет. Грубо говоря, после его смерти. Знаете, как капризные люди говорят: вот умру я и вы поймете, как меня любили и как хорошо было.

Ганна Златкоўская

Ганна
Златкоўская

Калі з цікавасцю слухаем чужыя думкі і аргументаваную крытыку пра родныя месцы, гэта дае больш досведу і больш шырокую карціну свету. Так можам рабіць лепшым свой край. Не кожнае крытычнае слова варта ўвагі. Але здараецца, што нейкія ідэі, можна рэалізаваць. Бо калі мы жывем па прынцыпе: «Пра Беларусь – толькі добрае і больш нічога», то не заўважым і той трагедыі, што адбываецца кожны дзень.

Александр Класковский

Александр
Класковский

В голове Лукашенко, которого спецслужбы питают страшилками, мог сложиться пазл: осмелевшие украинцы, используя какой-нибудь казус белли, под прикрытием беларуских «боевиков» захватывают условную Малориту и ввозят Тихановскую как главу альтернативного правительства. А дальше все может смешаться в доме Облонских. Сценарий почти фантастический. Но надо учитывать психологию правителя.

Пелагея Корсакова

Пелагея
Корсакова

В прошлом сентябре мне позвонил папа и произнес страшный текст: «Меня задержали, мама попала с инсультом в больницу, приезжай». После трубку взял кто-то и продолжил: «Ваши родители задержаны, если хотите, чтобы их отпустили, вы должны приехать». То есть их конкретно взяли в заложники и не скрывали это. После я узнала, что мама не попадала в больницу, это была ужасная манипуляция.

Лявон Вольскі

Лявон
Вольскі

Усё нібыта тое самае, але зьнік Booking, замест яго расейскі «Островок», зьнік Uber, на ягоным мейсцы «Яндэкс». Вы скажаце: «Ну і што? Мы ўжо прызвычаіліся!». Выдатна, віншую. У гэтым, відаць, сакрэт беларускага даўгалецьця – своечасова прызвычаіцца. Але ці будзе яно беларускім, калі так працягнецца пару дзясяткаў гадоў? Ці то ператворыцца ў даўгалецьце жыхароў Паўночна-Заходняга краю?