Политика

Катерина Батлейка

Класковский: «Нет явных свидетельств того, что Путин так уж выкручивает руки Лукашенко»

Зачем в Минск приезжал министр обороны России?

3 декабря Сергей Шойгу приехал с визитом в Минск, где встретился со своим белорусским коллегой Виктором Хрениным и Александром Лукашенко. По итогам встречи Шойгу и Хренин подписали протокол о внесении изменений в межгосударственное соглашение о совместном обеспечении региональной безопасности в военной сфере.

Помимо этого, белорусский правитель в очередной раз заверил Россию, что «защитники Союзного государства смогут отразить любую агрессию», а также, что «Беларусь выполняет все планы, согласованные с президентом России».

«Салідарнасць» попросила прокомментировать визит Шойгу в Беларусь политического аналитика проекта Позірк Александра Класковского.

— Нужно отметить, что этот визит вызвал фурор среди обозревателей, поскольку за ним тянется конспирологический след, — говорит эксперт. — Здесь можно вспомнить о нашумевшей публикации Robert Lansing institute, которая ошарашила публику информацией о предполагающемся устранении Лукашенко Москвой, чтобы поставить на его место Станислава Зася и белорусская армия наконец-то вступила в войну. На следующий день после этой публикации умер Владимир Макей.

То есть вот такой конспирологический шлейф тянулся за визитом Шойгу, что тоже вызвало веер комментариев, в которых доминирует то, что Путин дожал Лукашенко в плане вступления белорусской армии в войну, а Шойгу прилетел утрясать какие-то детали.

Однако, как считает Класковский, если отбросить всю конспирологию, которая вызывает большие вопросы, то все может быть гораздо прозаичнее и не так сенсационно.

 — Несмотря на то, что Шойгу прилетел в пожарном режиме в выходной день, журналисты проанализировали предысторию: Путин еще в августе подписал распоряжение провести переговоры на тему изменений в протоколе, который в итоге подписали два министра обороны.

Далее внимательные наблюдатели отметили: на этих переговорах с белорусской стороны были вице-премьер, который отвечает за промышленность — Петр Пархомчик и председатель Госкомвоенпрома Дмитрий Пантус. Поэтому, некоторые эксперты сделали выводы, что на этой встрече, скорее всего, речь шла о снабжении России вооружениями и продукцией двойного назначения.

Подобный вывод сделал и Павел Латушко: он заявил, что изменения этого соглашения могут касаться производства оборудования и вооружений в Беларуси. Это вполне правдоподобная версия, исходя из сути этого протокола и из того, что не могли в этом протоколе записать «с такого-то числа мы нападаем с Севера на Украину». А вот, что касается производства вооружений — это возможно.

Мы знаем, что российская армия понесла большие потери не только в живой силе, но и в технике, и боеприпасах.

Что касается вопроса, принудила ли российская сторона Лукашенко вступить в войну против Украины напрямую, то есть отправить туда белорусские войска, по мнению аналитика, он остается открытым. Класковский считает, что это не исключено, но визит Шойгу в Минск не обязательно должен об этом свидетельствовать.

— Конечно, Москва наверняка хотела бы, чтобы Беларусь более активно участвовала в этой «операции». Хотя каким образом, можно только гадать и взвешивать.

Во всяком случае эти интригующие версии, что Кремль созрел для устранения Лукашенко и поставит на его место Зася или Вольфовича, выглядят не очень убедительными.

В частности возникает вопрос: а как можно того же Зася поставить во главе Беларуси? Не напишет же Путин указ поставить своего ставленника во главе другой страны.

И несмотря на то, что о независимости Беларуси можно спорить, тем не менее, действует Конституция, которая предусматривает, что в случае смерти президента его обязанности временно исполняет председатель Совета Республики или, если очевидно, что смерть насильственная, то полномочия переходят к Совету безопасности.

То есть люди, готовые подхватить власть после Лукашенко, есть, а Зась сегодня — это даже не белорусский чиновник. Чтобы поставить свою марионетку, Москве необходимо реально оккупировать Беларусь и заменить всю администрацию.

На мой взгляд, Путину проще дожать Лукашенко, чтобы тот вступил в войну, чем устраивать операцию по его устранению.

Помимо этого, Александр Класковский считает, что у Путина больше возможностей давить на Лукашенко, чем у министра Шойгу. Это значит, что российский президент может сказать ему все необходимое один на один, учитывыя их частые встречи и телефонные разговоры, и для этого вовсе не обязательно присылать Шойгу.

По поводу версии, что Лукашенко сегодня якобы героически отбивается от попыток России привлечь белорусскую армию для участия в войне, эксперт высказывается так: «Есть только догадки, но нет явных свидетельств того, что Путин так уж выкручивает руки Лукашенко».

— Да, какие-то дискуссии на предмет Украины между ними происходят. Можно предположить, что Путин хотел бы более активного участия Беларуси в этой «операции». Но мы видим: Лукашенко использует в том числе публично какие-то аргументы вроде того, что наша армия должна в первую очередь находиться на западном рубеже, чтобы противостоять возможному натовскому нападению.

В числе прочего Лукашенко во время встречи с Шойгу заявил, что ни он сам, ни спецслужбы не видят, чтобы Украина была готова к переговорам. Это значит, что «специальная военная операция» не прекратится. По мнению Класковского, такими заявлениями Лукашенко продолжает озвучивать нарративы российской пропаганды.

— Многие обозреватели отмечают, что в последнее время Лукашенко стал рупором Путина и Кремля. То и дело он артикулирует какие-то заявления, которые, может быть, самому Путину неудобно делать, поскольку если он будет говорить о необходимости переговоров, то это косвенно будет говорить, что Москве не удается достичь целей своей военной авантюры.

Поэтому Лукашенко в какой-то степени продвигает нарратив Кремля и российской пропаганды, потому что, очевидно, российской стороне нужна какая-то передышка, чтобы пополнить части живой силой и техникой, — заключает эксперт.